Подработка на день в Симферополе: вкалываем строителями и грузчиками

Симферопольские работяги.

Симферопольские работяги.

Коммуналка
25 апреля 2012 12:16

Слово "шабашить" постепенно начинает уходить в прошлое – как, собственно, и сам тяжелый физический труд. Многие сейчас зарплату "нащелкивают" компьютерной мышкой, "набивают" на клавиатуре и даже "вырисовывают" из процентов по торговым договорам. Горбом, тягая мешки и ворочая бетон на стройках, зарабатывать не модно. Хотя еще полвека назад улыбчивые строители коммунизма – электросварщики с защитными масками в руках, монтеры в касках и кладчики с мастерками – лучезарно улыбались с агитплакатов и были – чего скрывать – хозяевами страны. Простой физический труд был востребован и в начале девяностых – шабашники крутились возле строительных рынков, ожидая заказчиков – дачников и вернувшихся на родину крымских татар. 

Стихийная "биржа труда"

Самая известная "точка", где собираются шабашники не только Симферополя, но и соседних сел – неподалеку от центра занятости, на улице Розы Люксембург. В тяжелые девяностые годы доведенные до отчаяния люди стояли здесь сутками, надеясь получить хоть какую-то работу. Вчерашняя интеллигенция соглашалась разгружать автопоезда с турецкими бананами и отечественной картошкой, строить склады и работать в полях. Со временем здесь остались только идейные шабашники – низкоквалифицированные рабочие, которые надеются найти быстрые деньги. А еще – парни из сел, пенсионеры и люди без документов.

Пятница, без пятнадцати восемь утра; через дорогу от центра занятости мнется и скучает десяток мужчин. Кто-то потягивается, зажав в зубах сигарету без фильтра, кто-то сидит на корточках и крутит головой. Заметив нас, работники срываются с насиженных мест.

"Слушаем вас",?– стараются показаться интеллигентными, вероятно. Думают, что пришли заказчики.

Правда, вежливость пропадает, едва узнают, что мы – такие же шабашники. Но не выгоняют, а даже наоборот, обещают взять с собой, если вдруг наклюнется крупный заказ. Главный здесь – Юра по кличке Пуля. Крепкий мужик в спортивном костюме и черных очках. Говорит, кличка такая, потому что быстрый очень – то ли на стройке, то ли в драке.

Утро вольного строителя начинается не с пива. Это миф. Стрельнув у нас гривну мелочью, работяги долго пересчитывали мятые купюры и звонкие монеты. А потом послали гонца в ближайшую аптеку – за настойкой боярышника. Самое дешевое спиртосодержащее снадобье смешали со сладкой газировкой. Из клетчатых сумок на бетонный парапет выложили хлеб, соленые огурцы. Нырнув в небольшой палисадник и порывшись в кустах, тощий строитель выудил "красную шапочку" – полбаночки медицинского спирта. Заначка.

Выпив и закусив, шабашники усаживаются на бетонный парапет, словно ощипанные самой жизнью старые совы. Обсуждают политику, рассказывают жизненные истории, переругиваются затейливым матом. Редкие прохожие, заприметив эту шайку работничков, только ускоряют шаг.

"Жрать захочешь и собаку съешь"

"У нас все по-честному,?– после выпивки один из рыцарей мастерка и лопаты разохотился поговорить.?– Вот ты заработаешь – приди и выставь мужикам две бутылки и закусона. Нет, если заработал пятьдесят гривен, то ничего не покупай, а если больше – обязательно проставься. Тебя в трудную минуту тоже подогреют".

Говорливого зовут Пашка – так сказал. Его дом – те самые кусты, где прятали бутылочку спирта. В самой гуще ветками выстлана "эко-постель", здесь же лежат несколько разорванных коробок. Проснулся – и на работе. По утрам, вместо будильника, Пашку будят милиционеры: "Живой, бродяга?!".

"Я ночью могу кофе пойти врезать из автомата в самом центре города,?– бахвалится подвыпивший строитель.?– И шлюхи здесь, под боком. Летом – это не жизнь. Это рай".

От классического бомжа Пашку отделяет работа. Точнее, те случайные заработки, которыми он перебивается. Как только их не станет, он, скорее всего, опустится на самое дно: мусорные баки, попрошайничество и мелкие кражи. Хотя, там, на дне, шабашник уже был. Говорит, голодал три дня, а потом собирал еду из мусорок. Доставал пакеты и те, которые вкусно пахли, облизывал.

"Жрать захочешь – и собаку съешь",?– пожимает он плечами.

Впрочем, Пашка – не жертва жизненных обстоятельств. Это идейный бродяга. Рассказывает, что однажды работал у мужика, который "только стройматериалов купил на семьсот восемьдесят тысяч гривен". Крутит глазами, наверное, с трудом представляя эту сумму и, конечно, приговаривает, мол, ему бы эти деньги.

"Я напарнику говорю: давай клиента бетоном зальем, денег в доме – куча", – признается шабашник. Но когда спрашиваю, на что потратил бы богатство – теряется. Не находит, что сказать.

"Жил бы в его доме,?– отвечает.?– А потом, наверное, снова сбежал бы сюда. В кусты".

За разговорами проходит почти два часа. За это время к босяцкой слободке не подошел ни один клиент. Опытные шабашники говорят, что так можно простоять и неделю. Понять клиентов несложно: во?первых, где гарантия, что эти вольные строители не сопрут что-то с объекта, а во?вторых, цены они ломят такие, что голова кругом идет. Например, сотку огорода вскопают за сто двадцать гривен – это если землю копали в прошлом году. За "целину" попросят вдвое больше. Залить куб бетона при помощи бетономешалки заказчика стоит 250–300 гривен, а если вручную – то и все четыреста. Цены, кстати, не ниже, чем у строителей, которые работают по объявлениям.

Спустя два часа, когда мы уходили, шабашники собирали деньги на выпивку. Ни одного клиента у стихийного "центра занятости" не появилось, а значит, и нам здесь делать нечего: "пятачок" на Розы Люксембург, это, скорее, клуб по интересам, чем реальная биржа труда. Хотя, возможно, мы просто попали в неудачный день.

Грузчик? Семьдесят пять в день!

На оптово?розничной базе "Кубанская", куда мы отправились в поисках тяжелой, но несложной работы, день, наоборот, был удачный. Из необъятных "Газелей", разнообразных пикапов и побитых жизнью и ржавчиной "Жигулей" активно сгружали товар.

На одном из складов читаем надпись, сделанную на листе для принтера: "Требуются грузчики", а ниже – номер мобильного хозяина. Владелец склада, судя по голосу, молодой парень, деликатный и вежливый, предлагает работу.

С половины девятого утра до пяти вечера надо разгружать приезжающие фуры и таскать тяжести на склад. Подъемников нет, все вручную. Хозяин интересуется возрастом и спрашивает, есть ли у нас паспорта. Скорее всего, на тот случай, если утянем что-то со склада, чтобы можно было потом нас найти. Зарплата – 75 гривен в день. За двадцать рабочих дней получится "полторашка". Если отдать 250 гривен за коммуналку, ну и столько же на проезд и сигареты, то останется 1000 гривен. На покушать, одеться и досуг. Для мужчины, и за тяжелый физический труд – негусто.

В поисках пускай менее вежливого, но более щедрого работодателя обходим еще несколько торговых складов. Есть работа и на сто двадцать гривен за смену, но такие места уже заняты. Еще бы – три тысячи гривен в месяц. Плюс хозяин подкидывает кое-что из некондиционных товаров – все три с половиной выйдут. Совсем неплохо для грузчика, без высшего образования и особых навыков. И уж точно лучше, чем пить боярышник под центром занятости.

"Найти такое место вполне реально,?– качает головой трезвый и опрятный грузчик Санек.?– Запишите мобильные телефоны хозяев и прозванивайте раз в недельку – может, сработает".

А пока, чтобы найти хлеб насущный, нам порекомендовали идти на строительный рынок возле Бородинского кольца. Правда, тамошние "шабашники" встретили нас неласково: мест нет, чужие здесь не нужны. Работают люди давно и притерлись друг к другу. Послонявшись с полчаса между КАМАЗов с ракушечником, пахнущим лесом досок и прочих строительных товаров, мы ушли ни с чем.

И засели писать объявления: так и так, трое крепких ребят ищут работу. Умеют копать огороды, рыть подвалы, делать кладку из ракушечника и заливать бетон. Не врали – действительно умеем.

Через три дня позвонила женщина, предложила вскопать огород – пять соток, по семьдесят гривен за сотку. До этого там была стройплощадка. Земля оказалась залита растворной жижей, и сначала ее надо было долбать ломом. Провозившись час, мы получили семьдесят гривен и уехали. Тяжелая все-таки это работа – "шабашничать". А еще могли вообще не заплатить. Работяги говорят, такие случаи не редкость.

"За двадцать лет независимости произошла естественная выбраковка кадров,?– рассказывает инженер частной строительной компании Николай Алиев.?– Пьяницы, тунеядцы и просто бездари, которых при коммунизме держали в различных стройуправлениях, чтобы не портить статистику, оказались никому не нужны и просто пошли на дно. Спились, продали квартиры, оказались на улице. А толковые строители нашли работу в частных компаниях. Некоторые из них в тяжелое время девяностых, когда не было объемов, переквалифицировались в грузчиков, фермеров, реализаторов, но сейчас все, кто хотел, уже вернулись в специальность. Вообще, профессия „строитель“, которая звучала в двухтысячных синонимом слова "неудачник", сейчас набирает популярность. Адекватная молодежь понимает, что стройка – это деньги, а долбать стены кувалдой и мешать раствор вручную не надо – есть техника".

Источник: Республика

Это чат – пиши и читай 👇
Ого! ты доскролил до нашего чатбота 😏
Теперь у тебя есть возможность настроить его под себя и узнавать важный контент первым, чтобы рассказывать друзьям
Только почта, только хардкор 🤘
Мы в соцсетях