Путешествия легенд: что Есенин, Маяковский и Некрасов делали в Крыму

Путешествия легенд: что Есенин, Маяковский и Некрасов делали в Крыму

Фото с сайта http://www.tour.crimea.com

В биографии многих известных поэтов непременно фигурирует путешествие по Крыму: кто-то из них приезжал лечиться, а кто-то искал на полуострове свое вдохновение.

О путешествии Пушкина знают все, но есть в истории нашего края еще множество знаменитых имен, о которых знают далеко не все крымчане, пишет "Сейчас в Крыму".


Ялтинские приключения Есенина и трагедия Дункан



В Ялте есть легенда о том, что под огромным платаном на набережной гуляли Есенин и Айседора Дункан. Что ж, по отдельности там они, возможно, и гуляли, а вот вместе - нет. Сергей Есенин приехал в Ялту в июле 1914 года 19-летним юношей. Он прибыл в Крым на поезде Москва - Севастополь и сразу же послал открытку отцу: "Дорогой папаша! Я в Севастополе. Дорога была чудная. Места прекрасны. Только солнце встает и садится здесь по-иному. Не могу понять, где наша сторона. Сейчас пойду гулять к морю с 9 часов утра до 2-х часов дня, а потом еду в Ялту. Севастополь мне очень нравится, особенно у набережной, где памятник Нахимову". 

А вот письмо уже из Ялты: "Дорогой папаша! Я расположился в Ялте как нельзя лучше. У окон моей комнаты расстилается море, а за воротами дома чудные и величественные горы. Житье здесь славное и недорогое, а за работу примусь послезавтра. Дорога была не из приятных. Когда вышли из Севастополя, в нас хотели стрелять из миноносца. Все вышло по недоразумению. Наш капитан не ответил на три сигнальные выстрела. Был ветер, на море волны, и не было слышно. Пока все хорошо. Комната - 10 рублей". В августе из Ялты уходит еще одно письмо: "Папаша! Оставаться в Ялте опасно, все бегут. Вследствие объявленного военного положения в Севастополе тут жить нельзя. Я бы и сейчас уехал, да нельзя. Все приостановлено. Теперь найму автомобиль до Симферополя со своими товарищами и поедем в Москву. Дела очень плохи. Никуда нельзя съездить. Я только выручил себя на стихах в ялтинской газете. 30 к. за строчку. Кругом паника. Недавно я выступал здесь на одном вечере. Читал свои стихи. Заработал 35 рублей. Только брал напрокат сюртук, брюки и башмаки, заплатил 7 рублей. Остальные дела ни шиша не стоют. Больше не пиши. Скоро буду в Москве. Любящий сын Сергей Есенин. Больше никуда никогда не поеду, кроме Питера и Москвы. Тоска ужасная. Так и хочется плакать". Вскоре Есенин уже был в Москве.

Дункан побывала в Ялте в 1923 году. Именно здесь она получила от Есенина жестокую телеграмму: "Ялта, гостиница Россия. Айседоре Дункан. Я люблю другую женат и счастлив. 13 октября 1923 г.". Дункан пыталась вернуть своего "ангела", писала и телеграфировала ему в Москву, звала его в Ялту. Но все было напрасно.


Лечение душевных ран


Элегия Константина Батюшкова "Таврида" положила начало традиции романтического восприятия Крыма как места, в котором человек находит успокоение в гармонии с самим собой и с природой. Увы, сам поэт успокоения в Крыму не нашел. Создавая в 1815 году эту элегию, Батюшков надеялся на скорое семейное счастье и поездку с избранницей в Крым. 

Но планам этим не суждено было сбыться. Он приехал сюда только в августе 1822 года и до апреля 1823 года жил в Симферополе, где лечился от психического расстройства у известного врача Мюльгаузена. Увы, "полуденная страна" не помогла поэту справиться с его проявившейся наследственной душевной болезнью. Напротив, безумие Батюшкова в Крыму усилилось, в Симферополе он неоднократно пытался покончить с собой, а увозить его отсюда пришлось чуть ли ни силой - на все предложения покинуть Крым поэт отвечал: "Я не сойду с постели, из Симферополя не выеду: если выгонят из дому, я буду бивакуировать на площади". Болезнь не оставила Батюшкова до самой его смерти в 1855 году. "Не дай мне бог сойти с ума…" – по одной из версий, это стихотворение Пушкин написал под впечатлением того, что произошло с Батюшковым (они были знакомы).

Друг милый, ангел мой!

Сокроемся туда,

Где волны кроткие Тавриду

омывают

И Фебовы лучи с любовью

озаряют

Им древней Греции

священные места.

Мы там, отверженные роком,

Равны несчастием, любовию

равны,

Под небом сладостным

полуденной страны

Забудем слезы лить о жребии

жестоком; 

(Из стихотворения Батюшкова "Таврида".)


Крымский след в поэмах Некрасова и Маяковского



Николай Некрасов - еще один поэт, прибывший в Крым в поисках исцеления. В августе 1876-го он приехал в Ялту вместе со своим лечащим врачом Сергеем Боткиным. Здесь они пробыли до конца октября. У Некрасова был рак кишечника, его мучили сильные боли. В Крыму состояние поэта несколько улучшилось: он посещал Ореанду, ездил в Гурзуф. 

Некрасов писал младшей сестре: "Море и здешняя природа вообще пленяют меня и успокаивают". Некрасов закончил в Ялте последнюю главу поэмы "Кому на Руси жить хорошо", посвятив ее Боткину. Пробыв на лечении около двух месяцев, поэт выехал из Ялты в Петербург, а через год и два месяца Некрасова не стало. Ялта была счастливым творческим взлетом в последний период его жизни. Интересно, что через 40 лет в ялтинской гостинице "Россия", в том же номере № 68, где жил Николай Некрасов, поселился Владимир Маяковский. И если Некрасов закончил здесь "Кому на Руси жить хорошо", то Маяковский - свою поэму "Хорошо!".


Оставить здесь сердце


Советский поэт Эдуард Асадов ушел на фронт добровольцем. В 1944 году в боях за Севастополь под Бельбеком он получил тяжелейшее ранение осколком снаряда в лицо. Врачи не смогли сохранить ему глаза, и с того времени Асадов был вынужден до конца жизни носить на лице черную полумаску. И хотя Крым оставил такой страшный след в его жизни, свое сердце Асадов завещал захоронить на Сапун-горе. (Правда, завещание поэта не было выполнено – родственники оказались против.) 

А вот сердце советского поэта Владимира Луговского (его песню "Вставайте, люди русские!" из кинофильма "Александр Невский" наверняка слышали все) навеки осталось в Крыму. Как вспоминал Паустовский, к которому Луговской приезжал в Старый Крым, "у Луговского было много любимых земель, его поэтических вотчин - Средняя Азия, Север, побережье Каспия, Подмосковье и Москва, но, пожалуй, самой любимой землёй для него, северянина, всегда оставался Крым". 

Каждый Новый год Луговской встречал в Ялте, в Доме творчества им. Чехова. В здешнем парке у него было любимое место – осколок древней скалы, откуда открывался потрясающий вид. В этой скале Луговской и завещал замуровать после смерти свое сердце. Умер поэт 5 июня 1957-го в ялтинской гостинице "Южная" от инфаркта. Вдова и друзья поэта добились выполнения его посмертной воли: тело Луговского было упокоено в Москве, а сердце привезено в Ялту и в капсуле замуровано в любимом камне поэта.

Под Бельбеком жарко и бессонно.

Севастополь – вот он, посмотри!

Снова резкий зуммер телефона.

Генерал Стрельбицкий возбуждённо:

- Поднажмите, шут вас подери!

Враг плевался тоннами тротила,

Только врёшь, не выдержишь, отдашь!

Три-четыре дня ещё от силы

И конец! И Севастополь наш!

(Из стихотворения Эдуарда Асадова "Последний рубеж".)

СМОТРЕТЬ ЕЩЕ:

Водителям на заметку: на два дня перекроют объезд аварийного участка трассы Симферополь-Севастополь через село Поворотное

Видеофакт: в Симферополе дети бросаются под колеса авто, играя в "Беги или умри"

Получи ответ: когда в Крыму начнется парад тюльпанов