Погружение на дно Черного моря: основные правила для начинающих дайверов

Погружение на дно Черного моря: основные правила для начинающих дайверов

Сделать первые шаги в дайвинге можно даже после 30 – и без всякой спортивной подготовки. Фото: Республика

Цеплять на себя акваланг и становиться человеком-субмариной – такого в моих планах точно не было. Но жизнь непредсказуема – и вот я уже сижу на морском берегу в Оленевке, у мыса Тарханкут, который считается лучшим в Крыму местом для дайвинга. Рядом – другие желающие понырять, приехавшие сюда на фестиваль "Крым экстрим". Вместе слушаем наставления Ивана Комлева, инструктора дайвинга.

Главное, чтобы гидрокостюмчик сидел

–Если я поднимаю большой палец вверх,– Иван, крупный мужчина с обаянием ребенка, выставляет вперед руку, демонстрируя жест,– это не значит, что у меня все классно. Таким образом я показываю, что нужно всплывать.

Команда дайверов отправляется к кромке моря – готовить снаряжение, а я заполняю медицинскую анкету с огромным перечнем заболеваний, которые могут проявиться во время погружения. Это обязательная процедура. Если инструктор видит хотя бы один ответ "да",– общается с новичком индивидуально и по результатам собеседования может даже запретить погружение. Напротив всех пунктов ставлю прочерки и перехожу к следующему ритуалу: примерке подводной одежды и обуви. В дайвинге нет мелочей: важно, чтобы и баллон с кислородом был наполнен, и гидрокостюмчик сидел безукоризненно.

 

Плюнуть и растереть – нужно обязательно

Новички делятся на две категории: те, кто боится до погружения, и те, к кому страх приходит уже в воде.

Я пока не боюсь, однако, когда приносят баллоны с кислородом, сердце отбивает чечетку: впервые осознаю, что именно мне предстоит сделать.

–Перед погружением обязательно нужно сходить в туалет. Обмочите гидрокостюм – придется выбрасывать. Впитывает запахи так, что ничем не выведешь!– грозит одна из помощниц Ивана.

Какой там туалет! Все мысли только об одном: скорее бы закончились эти муки с переодеванием! Первая попытка втиснуться в гидрокостюм заканчивается поражением – ноги и руки застревают в плотном материале. Попав в плен, зову на помощь. Дайвмастера заливают в костюм мыльную воду и в четыре руки, словно набивая пух в подушку, ловко упаковывают мое тело в подводный скафандр. Намокшая прорезиненная ткань жгутом обхватывает руки и ноги так, что не пошевелиться. Терплю. Солнце щедро расточает тепло, в считанные минуты гидрокостюм нагревается. Дышать становится все труднее. Чувствую себя колбасой, которую туго перетянули веревкой и сунули в микроволновку. Еще чуть-чуть – и редакция останется без репортажа.

–Окунись в море – охладись, заодно костюм впитает воду и даст усадку,– прекращает мои мучения инструктор. С готовностью поднимаюсь со стула – и чуть не падаю: ходить в таком обмундировании почти невозможно. К морю меня ведут за руку, как младенца. Отдыхающие на пляже провожают нас сочувственными взглядами. В море костюм, напитавшись водой, плотно, но мягко облегает тело, впервые появляется чувство комфорта – ненадолго, до возвращения на берег.

Там меня уже ждет целая бригада: два человека надевают баллон с кислородом, третий – пояс со свинцовыми грузиками. От веса подкашиваются ноги. На полусогнутых в сопровождении двух дайвмастеров с трудом захожу в воду. Мой заплечный и поясной "багаж" тут же теряет в весе. Приходит черед еще одного ритуала, без которого не обходится ни одно погружение.

–Спиной к морю, лицом к берегу,– командует Иван.– А теперь берем маску, плюем в нее, растираем слюну по стеклу и споласкиваем морской водой.

Не успеваю возмутиться, как инструктор поясняет: это производственная необходимость – теперь маска не будет запотевать в морской воде. Наконец, пробую нырнуть. Маска тут же наполняется водой, начинаю паниковать и выныриваю. Инструктор терпеливо "подгоняет" маску. Ныряю еще раз, пытаюсь дышать ртом, который соединен трубкой с кислородным баллоном.?Получается, но теперь отчего-то пугает бульканье образующихся с каждым выдохом пузырей. Наваливается предательский страх. Тело, погруженное в жидкость, погружаться отказывается! Попадись мне такой капризный ученик, уже давно сидел на берегу и лил слезы сожаления, но мой инструктор терпелив, спокоен и настолько уверен в моем успехе, что становится стыдно за минутную слабость. Выслушав жалобы, он еще раз проверяет маску, снаряжение и убеждает, что все в порядке. Потом берет за руку и предлагает сделать еще одну попытку. Я подчиняюсь. В течение нескольких минут инструктор "водит" меня за руку вдоль берега. Дыхание постепенно нормализуется, возникает азарт. Теперь не терпится погрузиться на глубину!

 

Подводная жизнь: кладбище крабов и медузный пинг-понг

–Теперь становишься на колени, постепенно наклоняешься вперед и выпрямляешься, чтобы лечь,– дает последние наставления Иван и осторожно тянет меня за собой.

Убедившись, что все в порядке, он командует: "Вперед!" – и передо мной словно распахиваются двери в иное измерение. Над головой – толща воды в солнечных разводах, подо мной, на расстоянии вытянутой руки,?– подводные песчаные барханчики, суетливые рачки куда-то несут на себе дома-раковины – в детстве из таких получались красивые бусы, торопится по своим делам белый – в тон песчаному дну – краб, но, как только пытаюсь прикоснуться к нему рукой, зарывается в песок. Блеснула и исчезла какая-то мелкая рыбеха.

Иван зажимает нос двумя пальцами и "продувается" – необходимая процедура, если под водой закладывает уши. "Продуваться" рекомендуют, едва почувствовав давление на барабанные перепонки: резкий, но не сильный выдох направляется в нос, от этого давление внутри и снаружи должно выровняться. Автоматически повторяю за инструктором. Иван дотрагивается рукой до своего уха, потом смыкает большой и указательный пальцы в кольцо – "ОК" – и внимательно смотрит на меня. Сквозь маску его глаза кажутся чуть больше обычного. Интересно, я тоже похожа на выпавшего из гнезда совенка? Киваю в ответ, а потом вспоминаю, что в подводном мире этот кивок может быть истолкован как тревожный сигнал. Соединяю большой и указательный пальцы, копируя жест инструктора.

Мы осторожно продвигаемся вперед и попадаем в желе из медуз. Огромные и помельче, с синими, желтыми и розоватыми кружевами на щупальцах, они плотной стеной застывают на пути. Устав уворачиваться от жалящих попутчиков, играем с инструктором в медузный пинг-понг: он отправляет медузу мне, я – ему. Скромная подводная жизнь так захватывает, что уже совсем не обращаю внимания ни на шум собственного дыхания, ни на баллон с кислородом – он болтается на спине – и меня заносит. И лишь когда на мгновенье теряю из вида инструктора и не могу сообразить, куда плыть, поддаюсь панике. С трудом удается повернуться – для этого приходится вонзать пальцы в песок и, усиленно болтая ластами, разворачивать тело.

Иван жестом задает направление, и я медленно даже не плыву – ползу на брюхе по дну. Восторг постепенно сменяется спокойствием, однообразные пейзажи вводят в медитативное состояние. Это не Красное море, где от разноцветья морских обитателей рябит в глазах: жители черноморского дна окрашены в такие же спокойные оттенки, как и само дно.

 

Иван дает команду на погружение и с помощью специального клапана постепенно вытравливает из моего гидрокостюма воздух. Тело тяжелеет и медленно опускается. Инструктор указывает на специальный прибор, закрепленный, как часы, у него на руке: 3,5 метра! Для опытного дайвера глубина пустяковая, но для новичка вроде меня – маленькая победа. Самочувствие прекрасное, можно и дальше исследовать дно.

Взгляду открывается подсвеченное солнцем кладбище крабов: то тут, то там покоятся присыпанные песком останки членистоногих. Глубина завораживает: здесь не ощущаешь ни пространства, ни времени, и совсем забываешь о том, что где-то на берегу существует другая жизнь. Но нам пора возвращаться – отведенные на погружение 15 минут давно истекли. Неохотно поворачиваю к берегу.

Еще до погружения дайвмастера предупредили: выходить на сушу нужно осторожно: под водой вес не чувствуется и при резкой смене стихий можно сорвать спину. Поэтому, как только нащупываю ногами дно, становлюсь на четвереньки и ползу, как черепаха, к берегу. В тот же миг оказываюсь в руках дайвмастеров, которые, не дав опомниться, начинают снимать груз с пояса, стягивать баллон и ласты. Чувствую себя болидом "Формулы-1", который обслуживает команда техников. Боковым зрением замечаю, как в морской пучине исчезает с инструктором очередной счастливчик. Плетусь по горячему песку на неустойчивых ногах. Тело, невесомое под водой, теперь давит всем своим весом. Опускаюсь на стул. Какое-то время сижу, пытаясь прийти в себя. Включение в жизнь происходит не сразу – изумляюсь, когда замечаю, что дайв?мастера успели высвободить мое тело из тисков гидрокостюма и ботинок. Единственное земное человеческое чувство, которое приходит после пережитой нирваны,?– голод. Это отрезвляет. Дожевывая яблоко и наблюдая, как море пожирает румяный блин-солнце, чувствую абсолютное счастье. Ловлю себя на мысли, что хотела бы повторить погружение, только теперь – осознанно.

В воду не лезть!

Список заболеваний, при которых дайвинг запрещен:

Нарушение сердечного ритма

Заболевания мышцы сердца, аорты

Порок сердца

Туберкулез

Бронхиальная астма

Сахарный диабет

Серьезные болезни глаз

Воспаление среднего уха

Эпилепсия (возможна потеря сознания с дальнейшими судорогами)

Неврозы

Грыжи

 

Инструктор – это еще и психолог...

Иван Комлев, 28 лет, инструктор второго ранга Национальной дайвинг-лиги

Стаж работы инструктором – один год.

Опыт ныряльщика – пять лет.

Максимальная глубина, на которую погружался,?– 40 метров.

- Сначала я занимался спелеологией, нырял в пещерах. Года два мечтал о погружении в море, но все никак не получалось, а потом попал в компанию к техническим дайверам – они практикуют сложные погружения. Дело было зимой. Впервые нырнул на небольшую глубину – 2–3 метра,– под присмотром спасателей. Я тогда даже не рассмотрел ничего вокруг: все внимание было сконцентрировано на снаряжении – чем куда давить. Вышел, понял, что хочу еще. Выучился – и пошло-поехало. Люблю нырять на затонувшие объекты, люблю ощущение тишины, покоя и невесомости, которые дает вода. Как в другом мире находишься, наедине с природой, наблюдаешь за подводной жизнью, и никто тебя не может побеспокоить.

***

- Каждый дайвер ведет журнал погружений. Инструкторский стаж – это когда количество погружений переваливает за сотню. У меня уже больше двухсот.

***

- Море – это все-таки чужая, враждебная среда. Поэтому инструктор выполняет функции психолога – успокаивает, уговаривает, выслушивает жалобы и, конечно, внимательно наблюдает за поведением новичка под водой. В моей практике была молодая пара: муж очень хотел нырнуть, а жена – ни в какую. Он ее долго уговаривал. В итоге мужа я вывел из воды через пять минут – вел себя неадекватно: под водой срывал маску, загубник. Ему было тяжело и страшно. Вышли на поверхность, пытался с ним поговорить, но погружаться еще раз он наотрез отказался. А супруга, напротив, чувствовала себя, как рыба в воде, мы с ней гуляли 45 минут.

 

Источник: Республика. Еженедельник Крыма