Оборотень в парке Шевченко и  фашисты  на Пушкинской: как снимали фильмы в Симферополе

Оборотень в парке Шевченко и "фашисты" на Пушкинской: как снимали фильмы в Симферополе

Набережная Салгира.

Южный полигон" советского кино

Одна из причин превращения США в мировую кинематографическую державу – грамотное размещение объектов американской киноиндустрии. Главные студии этой страны находятся не в её политических и деловых столицах Вашингтоне и Нью-Йорке, а в пригороде Лос-Анджелеса — Голливуде с благоприятным климатом и природным многообразием. Аналогичную задачу поставил основатель нашего кино Александр Ханжонков (1877 —1945). С весны 1917-го и до ноября 1920 года его компания снимала фильмы в Ялте на специально построенной съёмочной базе, задуманной с прицелом на создание "русского Голливуда", а в 1918-м в Ялте открылся филиал и кинокомпании другого видного российского продюсера – Иосифа Ермольева (1889 —1962). 

22 мая 1919 предприятия Ханжонкова и Ермольева были национализированы, и на их базе возникла Ялтинская кинофабрика, но, из-за нестабильного положения коммунистической власти на полуострове, они фактически продолжали работу в 1919—1920 гг. Лишь в 1922 году кинопроизводство в регионе полностью оказалось в руках государства. С этого момента и началась сложная история Ялтинской киностудии, дважды становившейся отдельным предприятием (1957 и 1988 гг.), а в остальное время бывшей филиалом других студий. Однако дело даже не в ней самой, а в том, что Крым и впрямь превратился в "южную базу" советской киноиндустрии. До масштабов "отечественного Голливуда" она, увы, не доросла. Однако в лучшие времена, накануне "перестройки", здесь ежегодно выпускалось 4 – 5 фильмов собственного производства и 30 – 40 картин, формально считавшихся продукцией столичных киностудий ("Мосфильм", "Ленфильм" и др.). 

 Единственный крупный город поблизости от базы советского кино — Симферополь – стал "южным полигоном", где снималась городская натура для многих кинокартин. Это не случайно. В соответствии с одним из вариантов интерпретации названия – "город-собиратель" – он как бы вобрал в себя сразу несколько разных городских стилей. Это и провинциальный европейский город в историческом центре. Это и средневековый восточный городок в бывшей татарской Ак-Мечети между нынешним "Сільпо" и телевышкой. Это и "спальный район" мегаполиса (многоэтажные дома у остановки "Улица Бородина" на проспекте Победы). Именно поэтому Симферополь изображает на киноэкране — за редкими исключениями — не самого себя, а либо "город вообще", либо другие географические объекты, включая Москву. 

Теоретически "южным полигоном" советского кино мог бы стать и соседний Севастополь. Однако, во-первых, он стилистически однообразнее. Во-вторых, по понятным причинам (военно-морская база), уличные съёмки там, в период СССР, были делом непростым, так как требовали согласования с "компетентными органами" (даже у простого туриста, в частном порядке снимавшего панорамы бухт, милиция могла без лишних разговоров засветить плёнку). Так что реальной альтернативы крымской столице не было.

 Патлатые наци и припаркованная лошадь 

 Один из немногих фильмов, местом действия, которого прямо назван Симферополь — картина режиссёра Георгия Натансона (р. 1921) "Они были актёрами" ("Мосфильм", 1981). Снимавшийся осенью 1980-го на улицах нашего города, фильм создавался людьми, далёкими от Крыма (хотя в эпизодах и участвовали артисты местных театров), с чем связаны многие недоразумения исторического характера. Другие вызваны слабой материально-технической базой отечественного кино и просто недостаточным вниманием к достоверному воссозданию реалий прошлого. Этим грешит абсолютное большинство советских лент о Второй мировой войне. 

 Время действия кинокартины — период оккупации Симферополя нацистами (1941 – 1944 гг.), что потребовало воспроизведения материальной среды 40-х годов. В отличие от Голливуда, "Мосфильм" не имел тогда собственного парка ретро-автомобилей. Поэтому за помощью он обратился к местным автолюбителям, наняв их самих в качестве статистов. Сцена совещания в штабе оккупантов снималась вечером на улице Шмидта. У одного из домов выстроились "ёлочкой" архаичные автомобили, на которых краснели флажки со свастиками. За баранками с гордым видом сидели люди в немецкой униформе с престижными в начале 80-х годов наручными часами "Электроника" и длинными, как тогда было модно, волосами. В последний момент второй режиссёр картины велел автомобилистам снять электронные часы, но на то, чтобы отправить их в парикмахерскую, времени уже не оставалось. Впрочем, вряд ли бы участники согласились принести свои "кудри чёрные до плеч" в жертву искусству. Правда, пеших солдат противника в массовках изображали курсанты Симферопольского высшего военно-политического строительного училища (СВВПСУ) с короткими армейскими стрижками. Они разгуливали по центру города, в непосредственной близости от зданий органов власти, в касках, с автоматами наперевес.

Курсанты маршируют по Пушкинской. Поскольку совсем недалеко – здания обкома КПУ (Гоголя, 14) и облисполкома (Кирова, 13), военные с автоматами вызвали у многих горожан непредусмотренные ассоциации со случившимся несколько лет назад переворотом в Чили…

Некоторые эпизоды фильма провоцировали при показе в Симферополе неожиданные эмоции зрителей. Так, смехом была встречена сцена, где немецкие военнослужащие привязывали к памятнику великому русскому поэту, что на пересечении улиц Пушкинской и Горького, лошадь то ли для того, чтобы демонтировать это сооружение, то ли затем, чтобы она не убежала. В любом случае это было довольно странным занятием, если учесть, что монумент Пушкину появился здесь лишь в 1967 году. Другое дело, что показ конной тяги в вермахте был по тому времени смелым шагом, так как разрушал советские мифы о "превосходстве" немцев в технике. Только сейчас, с открытием архивов, стало общеизвестным, что передвигалась оккупационная армия в основном на лошадях. По штату германской пехотной дивизии, в ней состояло 5375 (!) единиц "конского состава" и только 930 легковых и грузовых автомашин. 

Не меньшим удивлением была встречена сцена расстрела оккупантами подпольщиков-артистов. Она снималась на возвышенности в верхней части улицы 51-й Армии, между ул. Суходольной и Объездной дорогой, хотя на самом деле эти трагические события происходили совсем в другой части города – в совхозе "Красный" (позднее имени Дзержинского).

 Заблудившийся автобус 

 Из других фильмов, связанных с военной темой, следует назвать ленту "Сошедшие с небес". Её сняла в 1986 году режиссёр "Ленфильма" Наталья Трощенко (р. 1933) по сценарию Владимира Кунина (1927 – 2011). Картина посвящена проблемам адаптации ветеранов Великой Отечественной к послевоенной жизни. Главный герой – лётчик Сергей, уволенный из ВВС, которого играет Александр Абдулов (1953 – 2008). Он долго не может найти работу и, наконец, устраивается водителем маршрутного автобуса, колесящего по городу, причём не только по "старому", но и мимо объектов, построенных лишь в 1970-е – 80-е годы: Набережная, здание почтамта на улице Розы Люксембург, 5 и пр.

Автобус с номерами Ростовской области

Этот автобус КАвЗ-651А в жизни имел регистрационный номер 36-45 КРБ, "чёрного формата" (стандарт 1958/1965 гг.) и принадлежал Предприятию автомобильного транспорта (ПАТ) производственного объединения "Крымэнерго". В сцене у кинотеатра "Родина" на открытой правой двери хорошо виден логотип этого автохозяйства, с аббревиатурой "ПАТ" и эмблемой энергетиков – молнией. Кинематографисты, не мудрствуя лукаво, перекрасили номер в жёлтый цвет и замазали "К", о чём свидетельствует неестественно большой пробел между последней цифрой и буквой "Р". Они думали, что так воссоздают номер "жёлтого формата" (стандарт 1946 г.), который выдавался в 40-е годы, когда и проходило действие картины. Однако в таком формате буквы шли впереди цифр, и должно было бы писаться РБ 36-45. Заметим, что сама такая серия действительно существовала, но выдавалась не в Симферополе, а в Ростовской области (кроме самого её центра – Ростова-на-Дону, которому присвоили другие буквенные сочетания) и имела, как видим, совершенно иной порядок. В Крыму же применялись "жёлтые" двухбуквенные номера стандарта 1946 года серий КМ, КЯ, ЦР, ЦС, ЦЧ, ЦЛ. 

"Послевоенный" Симферополь. Автобус с номерами Ростовской области с неправильным размещением букв и цифр едет по маршруту №7, в 40-е годы не существовавшему, по улице Шполянской, где рейсовые автобусы вообще никогда не ходили, вдоль Набережной, построенной на рубеже 70-х и 80-х годов. На противоположном берегу любопытные, глазеющие на киношников: "Ленфильм" сэкономил на оплате милицейского оцепления. А логотип даже не замазали, как следует. Так и ездил в фильме по "городскому маршруту" автобус "Крымэнерго". В реальности он был "развозкой" - доставлял энергетиков на работу и с работы, особенно в ночные смены, когда не ходил городской транспорт. 

Скажем несколько слов о самой модели автомобиля. Его производили разные предприятия. Началось его изготовление в 1949 г. на Горьковском заводе автобусов, бывшем филиалом знаменитого ГАЗа. Таким образом, участие машины в фильме оправдано: в сценарии В. Кунина написано: "Спустя семь лет Сергей демобилизовался". Дольше всего – с 1958 по 1973 гг. она производилась на Курганском автобусном заводе (КАвЗ), почему и осталась в памяти жителей бывшего СССР именно как "кавзик".

 Тайны бульвара Франко 

 Симферополь играл роль не самого себя, а некоего "города вообще" и в фильмах криминальной тематики. Типичный пример — "Сумка инкассатора", режиссёра Августа Балтрушайтиса (р. 1937), снятый на "Ленфильме" в 1978 году. Она рассказывает о страшном преступлении. На дороге в аэропорт убита инкассаторская бригада, её "волга" сожжена (она по-голливудски живописно пылает в первых кадрах), а сумка с астрономической по тем временам суммой в 250.000 рублей бесследно пропадает. Из-за масштаба и дерзости изображённого преступления, критика оценила ленту как "фильм, далеко опередивший своё время". Обычно в советских детективах разоблачались безобидные расхитители "социалистической собственности" с городских свалок и из овощных магазинов, да бытовые хулиганы. Во многом лента предвосхитила жанр "нео-нуар", в котором уже в 80-е – 90-е годы были сняты многие зарубежные ("Секреты Лос-Анджелеса") и отечественные ("Дураки умирают по пятницам", "”Авария”, дочь мента", "Меченые") фильмы.

Бурков и Наумкина у отдела охраны на бульваре Франко, 11 (ныне снесён). У подъезда – дежурная "канарейка". Чуть левее – здание КГБ (сейчас СБУ)

Злодеяние раскрывают два следователя, одного из которых играет Георгий Бурков (1933 — 1990), второго — Донатас Банионис (р. 1924). Им помогает очаровательная молодая юрист-практикантка в исполнении Елены Наумкиной (р. 1948). Однако в роли здания прокуратуры, где они работают, снято строение по бульвару Франко, 11, где тогда находилось совсем другое учреждение – отдел охраны Крымского областного УВД, ныне снесённое.

Разумеется, кинематографический преступник к концу экранного времени разоблачён и арестован. Между тем, в основу сюжета легло подлинное злодейство, известное в истории отечественных правоохранительных органов как "Дело вилинских инкассаторов". Оно совершилось 10 ноября 1974 г. (как раз в День советской милиции!), примерно в 14:40, но в другом месте Крыма, у села Маловидное Бахчисарайского района. Там при вооружённом налёте на автомашину более чем со 130 тысячами рублей были убиты водитель Виктор Салин и кассирша Лидия Сурвизова. В отличие от ленты Балтрушайтиса, потерпевшие "рассекали" не на "волге", а на скромном совхозном грузовичке ГАЗ-51 номер 59-96 КРГ, а неизвестный преступник (или преступники) не стал сжигать автомобиль, ограничившись расстрелом жертв из немецкого пистолета системы "Парабеллум" (Борхард-Люгер). Преступление до сих пор не раскрыто, хотя и легло в основу одной из серий документального проекта "Следствие вели" с Леонидом Каневским и ряда публикаций в крымских СМИ…

Поскольку реальные обстоятельства "Дела вилинских инкассаторов" в советское время хранились в строжайшем секрете, оно обросло многочисленными слухами, в частности, о возможной вовлечённости в него сотрудников КГБ. Видимо, съёмками на бульваре Франко авторы фильма и пытались намекнуть на них, ведя тонкую и непонятную непосвящённым игру с цензурой.

Бойня в центральном полицейском участке 

Но вскоре появился фильм с ещё большим числом загадок, чем "Сумка инкассатора", хотя и не относящийся к криминальному жанру – трёхсерийная лента "Нежность к ревущему зверю". Её поставили в 1982 году на киностудии имени А. Довженко режиссёры Владимир Попков (1941 — 2007) и Станислав Третьяков (р. 1929) по одноимённому роману известного писателя Александра Бахвалова, родившегося в 1927 году в крымском посёлке Симеиз.

Главный герой – лётчик-испытатель Борис Долотов, которого играет белорусский актёр Геннадий Шкуратов (1949 – 2007). У него есть "волга" ГАЗ-24 номер 2301 КРА "белого формата". Это стандарт 1977 года, начавший применяться только после Московской Олимпиады 1980 г. По состоянию на 1982 г. такие знаки лишь недавно появились и считались весьма престижными. При этом порядком букв различались автомобили частных лиц и организаций. У Долотова номер – "государственный", тем не менее, он сам управляет своей "волгой". Что ж, бывало и такое. При этом в одних сценах номерной знак подлинный, а в других – бутафорский, что заметно по нестандартным пропорциям букв и цифр. 

За время пути отвалились "клыки" переднего бампера, и противотуманные фары…

Лётчик живёт на улице Мате Залки в большом девятиэтажном здании с женой Ириной, учительницей. Каждое утро на своём авто он отправляется на работу на аэродром. Ездит обычно по проспекту Кирова. При этом часто подвозит своих коллег Сергея Санина, которого играет латыш Паул Буткевич (р. 1940), и Константина Карауша. В роли последнего – Сергей Иванов (1951 – 2000), более известный как "Кузнечик" из фильма "В бой идут одни старики". 

А на Кирова живёт подруга Сергея (видимо, типичное имя советских лётчиков) – Валерия. Едут как-то раз с аэродрома пилоты (от площади Советской к Куйбышевскому рынку), навстречу автобус "Икарус-260" и троллейбус "Шкода-9Тр", основной городской транспорт Симферополя "застойных" лет.

 - Справа по курсу видишь белый дом? – спрашивает с заднего сиденья Санин.

 - Угу, - бурчит Долотов.

 - Общежитие, - поясняет Серёжа.

 Белый дом "справа по курсу" видят и зрители (14-этажка по Кирова, 41). Видят они также и то, что он не достроен, нет рам со стёклами и облицовки. Бедная Лера, ей приходится ночевать в голой "коробке" без окон и дверей!

Герой Буткевича предлагает всем вместе зайти к его возлюбленной, но друзья говорят, что сделают это "в следующий раз". Действительно, зачем идти в неоконченное здание? Лучше подождать, пока строители приведут его в полную готовность. Санин отправляется к подруге в гордом одиночестве. Затем следует сцена в её комнате, которая неожиданно оказывается весьма уютной: есть окна и даже шторки на них. 

Из дальнейшего становится ясным, что Валерия отнюдь не бомж, какие часто обитают в недостроенных помещениях, а студентка, очевидно филологической специальности. В конце фильма, когда Санин уже погиб в авиакатастрофе, а Лера благополучно родила от него сына, она просит принести ей в больницу "лекции по языкознанию". Её роль исполняет украинская актриса Елизавета Дедова (г. р. неизвестен). В годы "перестройки" она выехала в США, закончила там режиссёрский колледж, до сих пор активно снимается и сама ставит фильмы, приобретя дом в городе Силвердейл, штат Вашингтон.

Вскоре с девушкой случайно встречается и Долотов. В очередной раз, нежно попрощавшись с Ириной, он, выходит из дома, садится за руль белой "волги" и "рассекает" по Кирова от Куйбышевского рынка к площади Советской. Проезжает и мимо недостроенного "общежития" с подъёмным краном. Тут бы Лере и выйти на дорогу. Но нет, она "голосует" гораздо дальше, когда он уже проехал мимо филиала Русского театра и бывшего магазина "Океан", разъехавшись с одним "Икарусом" и двумя "9Тр" (видимо полёты проводятся с Качинского или Бельбекского аэродрома, раз авто движется в направлении Севастополя). И только тут у дороги, справа по ходу движения машины, появляется Валерия в шикарном белом костюме. Она машет рукой. Борис тормозит.

 - Подвезёте?

 - Садитесь, - вальяжно отвечает лётчик.

 Лера плюхается на заднее сиденье и неожиданно приветствует пилота:

 - Здрасьте… Вот спасибо…

 Неужели она узнала его из рассказов Сергея? Но Борис, точно её признал, потому как говорит:

 - Здравствуйте, Валерия (а навстречу опять едет "Шкода-9Тр"). На лекцию опаздываете?

 - Чудеса! А вы откуда знаете?

 - Просто я видел вас с Серёжей Саниным.

 А она его, выходит, нет? Странно как-то. По-моему, такое возможно только в сценах опознания в американских фильмах, когда свидетеля прячут за стеклом односторонней прозрачности. Но тогда почему она поздоровалась? 

 - Вы меня испугали. А я подумала, что вы – телепат.

 - Я не телепат, разумеется, но кое-что я о вас знаю. Я, например, знаю, что вы впервые влюбились в пятом классе в продавца мороженого 

 - А я всё поняла. Тогда вы – Борис Долотов. Угадала?

 - Угадали. 

 "Волга" повторно проезжает площадь Советскую в том же направлении, следует по Кирова в сторону Центрального рынка, навстречу опять идут троллейбусы. Фильм начинает напоминать "День сурка"…

 - Тогда я вас хорошо знаю. Мне о вас Серёжа много рассказывает. Вот здесь налево, пожалуйста.

 При этих словах машина уже едет обратно, въезжая на площадь Советскую со стороны теперешнего "Сільпо".

 Мы, конечно, знаем, что в 80-е годы на проспекте Кирова не было одностороннего движения между Центральным рынком и улицей Некрасова, но Долотов должен был как-то развернуться. Между тем, диалог идёт, не прерываясь, в автомобиле, постоянно движущемся прямо.

 Фраза "вот здесь налево" произносится в самый момент въезда на кольцо. Выезжает с него Борис в сторону площади Куйбышева. Разве это "налево"? Это, по-моему, "прямо". "Налево" было бы в переулок Совнаркомовский…

 - Ну, и что же он вам обо мне рассказывал?

 - Много чего, Ну, например, что вы влюблены в свою жену. Вот мы и приехали. Меня обычно Серёжа подвозит. Но у него сегодня полёт. У вас тоже?

 - У меня тоже. 

Куда же они "вот и приехали"? Долотов, помнится, предположил, что Лера "опаздывает на лекцию". Она этого не подтвердила и не опровергла: "Чудеса! А вы откуда знаете?". Где же читаются лекции студентам-филологам? В весьма странном месте. Машина спускается с улицы Куйбышева по бульвару Франко (который в этом месте бульваром, собственно, ещё не является). Справа по ходу её движения – известное здание №44, управление внутренних дел Симферополя. Прямо около него стоит "РАФ-22031" "скорой медицинской помощи". На противоположной стороне, на служебной стоянке милицейских машин – вторая такая же "скорая". От неё к "ментовке" торопливо идут члены медицинской бригады – мужчина и женщина в белых халатах. У мужчины в руке – врачебный чемоданчик. 

"Волга" останавливается. 

 - Спасибо, - говорит Валерия и удаляется в сторону УВД…

 И тут возникает вопрос, какие лекции может слушать студентка-филолог в здании милиции? И почему к нему приехали целых две бригады "скорой"? Видимо, оперативники переборщили при работе с задержанными! Помнится, в американском фильме "Секреты Лос-Анджелеса" (о котором речь ещё впереди) такой инцидент именовался "Кровавым Рождеством", или "Бойней в Центральном полицейском участке". 

 В любом случае ясно, что Валерия явно выдаёт себя за кого-то другого. Она "живёт" в недостроенном здании, "голосует" не там, где живёт, едет по причудливой траектории, явно, чтобы запутать следы, а её лекции проходят в УВД как раз в тот момент, когда там случается что-то чрезвычайное…

 Да и Долотов не так прост – служебные номера на якобы "личной" машине, да ещё и как минимум два комплекта: подлинные и дубликаты. Такой приём часто использовали спецслужбы (вспомним хотя бы фильм "ТАСС уполномочен заявить").

…а вот Долотов доехал, наконец, до места своей работы. Номерной знак вроде тот же, но, судя по пропорциям букв и цифр, он уже бутафорский. Кстати, за время пути отвалились "клыки" переднего бампера, и противотуманные фары…

Как бы там ни было, фильм "Нежность к ревущему зверю" ещё ждёт своего исследователя. Пока что стала известной скрытая сторона только его "авиационной" части. Оказалось, что в исходной версии герои летали на бомбардировщике-ракетоносце Ту-22КД (341-й тяжелобомбардировочный авиаполк, аэродром "Озёрная" близ Житомира). Самолёт в ВВС СССР имел прозвища "Шило" (за форму фюзеляжа), и "Людоед" (за высокую аварийность). Однако органы военной цензуры посчитали его показ на широком экране нарушением государственной тайны, и кинематографисты пересняли полётные сцены, используя учебный Ту-134УБЛ – летающий тренажёр для обучения экипажей морской и стратегической авиации. Кстати, помимо основного назначения, аппарат использовался (и используется по сей день) для перевозки высшего командного состава.

 Блондинка из "Дома на Набережной" 

Одним из первых элитных жилых домов Симферополя стало построенное в 30-е годы четырёхэтажное здание с ротондой по адресу Набережная, 37. Его так и называли: "Дом на Набережной", или "Дом с ротондой". Жили в нём высшие чины местного управления НКВД (и ведомств, ставших впоследствии его преемниками). Поэтому фотографировать дом и даже просто надолго задерживаться возле него не рекомендовалось. Иначе, извините за каламбур, задерживался сам задерживающийся…

Здание это, кстати, находится прямо напротив 14-этажки по Кирова, 41, в котором, когда она была ещё недостроенной, жила загадочная "студентка-филолог" Валерия. Что ж, соседство далеко не случайное!

 Но вот пришли новые, "перестроечные" времена, и легендарный "Дом с ротондой" стал героем кино… 

Первое явление парка Шевченко (его ограда – слева) в отечественном кино – побег Шурика из лап "карательной психиатрии"

 День 24 февраля 1989 года выдался по-весеннему тёплым и ясным. Это было одно из тех "февральских окон", какими так славится наш Крым. Солнце скрылось за горизонтом. Город озарился мягким сумеречным освещением, которое кинематографисты называют "режимом". Они любят снимать в это время лирические сцены. Одна из них и разыгрывалась с 17:04 по 17:39 около "Дома на Набережной". 

На проспекте Кирова, у моста через Салгир, появились специальный киносъёмочный фургон, автобус ЛАЗ с членами съёмочной группы, чёрная "волга", патрульная милицейская машина и автоцистерна, полившая тротуар и проезжую часть (так всегда делали при съёмках в городе, поскольку считалось, что в кадре "не должно быть белого асфальта"). 

Помощник режиссёра проинструктировал актрису, исполняющую главную роль, после чего она скрылась в подъезде "Дома с ротондой". 

 Затем милиционеры "зачистили" съёмочную зону от посторонних пешеходов и автомашин, и работа началась. По команде "Пошёл!" харизматичная блондинка в ярко-красном пальто и чёрной шляпке, с зонтиком в одной руке и журналом в другой вышла из подъезда. Она рассеянно посмотрела по сторонам и зашагала в сторону проспекта Кирова до заранее нанесённой на асфальте мелом линии. Потом было сделано несколько дублей. После этого рядовые киношники погрузились в автобус, а блондинка в гордом одиночестве села в чёрную "волгу" номер 9180 КРА, и участники съёмок разъехались…

А зрители, дождавшиеся выхода фильма на экран, с удивлением следили за дальнейшими её действиями. Она села в троллейбус "Шкода-14Тр" маршрута №4 "Марьино – Центральный рынок" на остановке "Площадь Ленина", напротив Украинского театра (а на площади Советской не могла?). Затем неожиданно оказалась на пересечении улиц Пушкинской и Карла Маркса, в народе "Крест" (то есть вроде как бы никуда и не ехала). Там подошла к уличному лотку и услышала от продавщицы:

 - Всё, кепки кончились!..

 - У вас всегда всё кончается, - обижено ответила героиня.

 Тут её окликнула тётка в белом платке:

 - Наталья Юрьевна! Здравствуйте!.. Не узнаёте?

 - Ну, как же! Антонина Алексеевна?

 - Александровна!.. – поправила женщина…

 Незнакомка (актриса Наталья Хорохорина, р. 1954) оказалась бывшей клиенткой, которой Наталья помогла наладить отношения с мужем. 

 Разговор проходил на фоне хлебного магазина в угловом доме Карла Маркса – Пушкинская с вывеской "Українська паляниця"…

 В ходе беседы выяснилось, что Антонина успела купить клетчатую кепку для своего мужа и, в знак благодарности, подарила её психологу. Трудно избавиться от ощущения, что в происходящем есть иной, скрытый смысл, а кепка – это какой-то пароль, вроде пресловутого "славянского шкафа"…

 "Наталья Юрьевна! Здравствуйте!.. Не узнаёте?"

 После этого героиня Ирины Мирошниченко пошла в свой офис с загадочной вывеской: 

 ЛАБОРАТОРИЯ НИИ ПСИХОЛОГИИ И ПРАВА

 АКАДЕМИИ НАУК СССР

 КОНСУЛЬТАЦИЯ

 СЕМЬЯ и БРАК

 г. ПРИМОРСК

 Что ж, сложная траектория перемещений жительницы "Дома на Набережной", явно рассчитанная на то, чтобы запутать следы, вполне объяснима. Более загадочен симферопольский филиал института, размещённого в хорошо известном курортном городе Приморск (Запорожская область). Правда в наши дни, когда в Симферополе действует, например, факультет Запорожского университета, и это уже никого не удивит. А о киношной связи столицы Крыма с казачьим краем речь ещё впереди.

 Оборотень в парке Шевченко 

 Но в годы "перестройки" появлялись и фильмы, открыто изображавшие работников "силовых" ведомств и их оппонентов из мира криминала. В том же 1989-м на улицах Симферополя шла работа ещё над несколькими лентами. Одну из них снимал режиссёр "Мосфильма" Рудольф Фрунтов (р. 1942). Дебютировал он ещё в 1974 г. картиной "Станция Щеглово", оставшейся малоизвестной широкому зрителю. Всесоюзная слава пришла к нему лишь в 1983 году, благодаря одному из первых отечественных фильмов-катастроф "Тревожное воскресенье". Там изображалось, как в порту Новороссийск ликвидируют пожар на "иностранном" танкере "Гент". В основу ленты легли реальные события с тем только отличием, что корабль в действительности был советским, назывался "Волгонефть", и горел не в 1983-м, а ещё 23 марта 1962 г., после чего более двадцати лет обстоятельства катастрофы скрывались от общественности.

 Обладая тонким чутьём на актуальные темы, Р. Фрунтов одним из первых в кино СССР затронул и проблему коррупции в органах правопорядка. Он взялся за фильм о предательстве в милиции. Теме соответствовало рабочее название – "Рядом с оборотнем". Натурные съёмки проводились на улицах Симферополя, в помещениях городского УВД и районных отделов внутренних дел. 

Главный фильма – "честный мент" Андрей Обухов, незаконно осуждённый, вышедший на свободу и вновь попавший под подозрение в убийстве. Эту роль сыграл Василий Мищенко (р. 1955), позже заслуженный артист РФ. Ключевая сцена снималась в симферопольском парке им. Т. Г. Шевченко, по улице Севастопольской. Именно сюда для экзистенциального разговора Обухов пригласил своего друга и коллегу Анатолия Ткачёва (как нетрудно догадаться, впоследствии оказавшегося предателем) в исполнении Игоря Янковского (р. 1951), сына и племянника двух народных артистов СССР – Ростислава и Олега Янковских. Ну, да, где же общаться с "оборотнем", как не в парке имени писателя, которого Олесь Бузина обозвал "вурдалаком"! 

Обухов позвонил Ткачёву по автомату из существовавшей тогда телефонной будки (во время разговора за его спиной проплывал мокрый от дождя троллейбус "Шкода-9Тр"). Вскоре предатель подкатил к главному входу в парк – арке с колоннами – на скромном малолитражном автомобиле Иж-2125 "Комби" (модернизации "Москвича-412") морковного цвета… 

Арка, да и парк в целом тогда были достаточно безопасным, чистым и благоустроенным местом. Чтобы придать ему мрачный колорит, авторы киноленты обратились за помощью к симферопольским "неформалам". Те в считанные минуты покрыли белокаменную колоннаду граффити. Единственное условие "мосфильмовцев" — никаких "ненормативных" выражений и иллюстрирующих их рисунков! Местные представители субкультуры выполнили требование, в чём и можно убедиться при просмотре фильма.

 Заметим, что парк Шевченко уже однажды появлялся в кино, хотя и мельком. В далёком 1966 году вдоль его восточной ограды бежал актёр Александр Демьяненко (1937—1999), исполнявший роль Шурика в фильме Леонида Гайдая (1923 —1993) "Кавказская пленница" (эпизод "побег из психиатрической больницы").

 Выбор места для съёмки картины жанра "нео-нуар" (по-простому – "чернуха") не случаен. Специалисты по биоэнергетике относили его к числу бионегативных зон Симферополя, иначе — "про?клятых", или "гиблых" мест. Их обычно связывают с объектами, где производится (или производилось в прошлом) лишение жизни биологических объектов. Напротив парка исправно функционировал городской мясокомбинат. Считалось, что души убиенных животных, не найдя успокоения, уносят вслед за собою в мир иной своих двуногих мучителей, чем объяснялось большое количество дорожно-транспортных происшествий (особенно наездов на пешеходов) со смертельным исходом на данном участке дороги. По мнению экстрасенсов, так должно было продолжаться до тех пор, пока чаша "кармического искупления" не будет переполнена до дна…

 "Кармическое искупление" завершилось в 2005 году, тогда и стали смертельные случаи у парка Шевченко единичными. По стечению обстоятельств, это совпало с установкой на переходе пешеходного светофора…

 В ходе разговора заместитель начальника городского угрозыска Ткачёв пообещал другу задержать рассылку ориентировки на него до восьми часов следующего утра и дал "дельный" совет: "уходить рекой, за вторым мостом – граница области".

Изображение милиции в фильме оказалось очень достоверным. Этому способствовала грамотная работа консультантов, одним из которых стал знаменитый симферопольский розыскник Борис Бабюк (р. 1948), на тот момент заместитель начальника областного УВД. В начале своей карьеры он, кстати, участвовал в неудачном расследовании преступления в Бахчисарайском районе, лёгшего в основу сюжета фильма "Сумка инкассатора". 

Впоследствии, выйдя на пенсию, полковник Бабюк написал о своей работе потрясающие по искренности воспоминания "Мы были честными ментами". Эта книга вышла тиражом в 300 экземпляров и стала библиографической редкостью.

 Однако по ходу работы Фрунтов заметил, что "перестроечное" кино перегружено "чернухой" и зритель устал от неё. Поэтому он смягчил мрачную тональность ленты и дал ей более жизнеутверждающее название – "Дураки умирают по пятницам". Его происхождение до сих пор не ясно. Именно так (Fools Die on Friday) назывался роман американского писателя, классика детективного жанра Эрла Стэнли Гарднера (1889 —1970), вышедший в 1947 году. Создатели фильма, впрочем, настаивали на том, что его сюжет никакого отношения к книге не имеет, и совпадение заглавий случайно.

Это действительно так. Если искать параллели в американской криминальной прозе, то следует назвать другого писателя. Это Джеймс Эллрой (р. 1948), автор романа "Секреты Лос-Анджелеса" - L.A. Confidential – того же стиля "нео-нуар". Его фабула очень похожа. Там "честный полицейский" также устанавливает, что его начальник не просто связан с гангстерами, но даже является их главарём, причём "борцу за правду" тоже помогает раскаявшаяся и полюбившая его "девушка лёгкого поведения". Правда, в заокеанском сюжете "честный коп", как и положено, на "диком западе", мочит предателя (официально, правда, заявив, что тот героически погиб в схватке с бандитами, дабы не порочить светлый образ американского полицейского). У нас же, будучи разоблачённым, "оборотень", как и положено истинному коммунисту, сам пускает себе пулю в лоб, не в силах терпеть муки партийной совести. Однако какое-либо заимствование с той или другой стороны исключено: работа над фильмом и романом (вышедшими в одном и том же 1990 г.) шла практически одновременно.

К слову, произведение Дж. Эллроя в 1997 г. экранизировал известный американский режиссёр Кёртис Хэнсон (р. 1945), получивший два "Оскара". Мог бы заработать и больше, но лимит наград вычерпал вышедший в том же году "Титаник". Фильм Фрунтова призов не снискал, но лишь потому, что год спустя после его появления развалился Советский Союз, и ни властям, ни кинематографической общественности стало уже не до награждений.

 Эскорт идёт на таран 

 Ещё один фильм "нуар" о советской милиции, снимавшийся в том же году и тем же "Мосфильмом" на улицах столицы Крыма, - "Авария дочь мента". Его поставил режиссёр Михаил Туманишвили (1935 — 2010). Ранее он героизировал на экране советских десантников и лётчиков. 

"Героем нового времени" стал милиционер Алексей Николаев в исполнении Владимира Ильина (р. 1947). Его непутёвую дочь Валерию (опять Лера!) по прозвищу "Авария" играет Оксана Арбузова (р. 1973), ныне известная как матушка Ксения Охлобыстина, жена скандально известного священника о. Ивана, запрещённого в служении.

Заметим, что Арбузова попала в фильм случайно. Изначально на роль приглашали Наталью Гусеву (р. 1972), прославившуюся образом кумира всех пэтэушников СССР Алисы Селезнёвой ("Гостья из будущего"). Однако она не захотела марать свой "светлый образ" и отказалась. Следующую претендентку – Светлану Лавриненко (Ребрину) – в фильм "нуар" не пустили родители.

Боец спецотряда сопровождения ищет сбежавшую дочь в районе остановки "Улица Бородина" (сама "спецтрасса" - за девятиэтажками) Также съёмочной площадкой стала симферопольская школа №25, где "училась" дочь героя.

Основная деятельность Николаева в фильме остаётся за кадром, но о ней нетрудно догадаться. В немногочисленных сценах, действительно снятых в Москве, герой рассекает на патрульной "волге" по столичным "спецтрассам", например, по проспекту Калинина (Новый Арбат). И машина у него не простая. Она имеет специальные световые сигналы, применявшиеся только экипажами сопровождения. На середине крыши стоит легендарная "шайба" - большой синий проблесковый маяк AZD-500/501 чехословацкой компании "Tesla". Такие устройства в блоке с сиреной и громкоговорителем появились в СССР в начале 70-х годов, и попали всего в три подразделения милиции, обслуживающие "спецтрассы". Одно работало в Москве на участке Внуково – Кремль, второе – на Кавказе (Пицунда), третье – в Крыму на магистрали Аэропорт — Ялта — Форос. Последнее первоначально именовалось "отдельным дивизионом дорожного надзора". 16 мая 1969 г. приказом МВД УССР был утверждён его штат (101 человек) со штабом в Симферополе и тремя линейными взводами в столице Крыма, Алуште, Ялте, а также отдельным взводом "эскортников". 

Сначала работники спецсопровождения не знали, куда конкретно монтировать "Теслу", поскольку под капотом "волги" она не помещалась, а, будучи установленной, на крыше, ослепляла водителей и пассажиров сопровождаемых авто. И тогда командир симферопольского спецподразделения полковник милиции Азамат Лысяков (р. 1927) предложил выставлять сигнал на крыше, но заклеивать или закрашивать его сзади. Вскоре в Крым прибыл высокопоставленный офицер МВД из Москвы. Он сфотографировал доработанный Лысяковым чехословацкий сигнал и снял с него чертежи. А вскоре полковник увидел по телевизору приезд во Владивосток президента США Джеральда Форда (1974 г.) и обратил внимание, что у сопровождающих его автомобилей "мигалки" оборудованы по симферопольскому образцу.

Кроме синей "Теслы" (заклеенной сзади), на крыше машины Николаева стоят также два красных маяка меньшего размера, известные среди работников милиции как "стаканчики" (также закрашенные). Инициатором их применения стал уже не симферополец, а москвич Владимир Михайлов, бывший в 70-е годы начальником криминалистического отдела оперативно-технического управления КГБ СССР, в настоящее время работающий в Национальной ассоциации телохранителей России. Он в 1978 г. проектировал специальный автомобиль для вывоза взрывных устройств на базе микроавтобуса "РАФ-2203" с "Теслой". Однако действовавшие тогда ПДД СССР требовали от водителей лишь обеспечивать преимущественный проезд транспортных средств с такими сигналами, но не обязывали останавливаться. Михайлов предложил в дополнение к синей "Тесле" поставить на "Рафике" ещё два красных "стаканчика". Это и было сделано. Впоследствии такая схема установки световых сигналов была применена в массовом порядке, но не на взрывотехнических машинах, а на транспорте спецсопровождения. 

ПДД в редакции от 1980 года требовали от участников движения при приближении авто с "двумя или более проблесковыми сигналами, по крайней мере, один из которых красного цвета" останавливаться на правой обочине, а при её отсутствии – у правого края проезжей части. Движение разрешалось продолжить только после проезда замыкающего колонну автомобиля, у которого вместо красных маяков работали зелёные. Они, по понятным причинам, сзади не закрашивались. 

 Такой порядок освобождал работников спецотряда сопровождения от постоянной работы с микрофоном громкоговорящей установки: "Принять право, остановиться!".

Отсутствие бликов сзади хорошо видно в сцене ночной погони Николаева и его напарника (артист Александр Потапов, р. 1941) за байкерами. Разумеется, не всякий мотоциклист смог бы уйти от отца "Аварии". Он ведь работал на так называемой "дублёрке" — "Волге" ГАЗ-2424. Внешне машина ничем не отличалась от серийной, но под капотом скрывался мощный, почти в 200 л.с., 8-цилиндровый двигатель ЗМЗ-2424 с автоматической коробкой передач, позволявший развивать скорость до 200—220 км/ч. 

Бойцы эскортного взвода Николаев (справа) и его напарник у "боевой машины". Хорошо видно, что "Тесла" с задней стороны плотно заклеена и не даёт бликов. Кстати, бросается в глаза и очень высокое качество обмундирования, явно пошитого по индивидуальному заказу, какого у обычных патрульных быть не могло

Сколько таких машин было в Москве, до сих пор неизвестно, а у крымчан – около 40, и они размещались в особом гараже, обычном с виду пятиэтажном здании (ул. Лизы Чайкиной 13/166), куда автомобили заезжали по серпантину.

Высокая профессиональная подготовка Николаева заметна в последней сцене киноленты. Он таранит машину с бандитами, зверски изнасиловавшими Леру, уничтожив их всех, а сам отделывается лёгким испугом. Это не удивительно. Таран – главный манёвр, которому учат бойцов эскорта. "В экстренных случаях я обязан был сбивать машины нарушителей, — свидетельствует полковник Валерий Журавлёв, преемник Лысякова на посту руководителя симферопольского спецподразделения. — Я учился этому в экипаже, и нас командир учил. Мы выезжали на аэродром и там отрабатывали систему нашего поведения, боевые повороты. Это же серьёзная работа была, а не просто эскорт, на который люди глядят с открытыми ртами". 

К счастью, такая необходимость в практике крымской милиции возникла только один раз – 1 сентября 1983 года, когда в "Нижнюю Ореанду" следовал генеральный секретарь Юрий Андропов. Тогда жертвой тарана стали милиционеры из Алушты, которые опрометчиво проигнорировали "отмашку" регулировщика и выехали наперерез главе СССР, торопясь на встречу со спортивной командой МВД…

 Сейчас съёмки "Москвы" для российских фильмов и телесериалов в разных городах Украины (типичный пример – "Возвращение Мухтара") – явление частое и обусловленное относительной дешевизной жизни в нашей стране. Но в эпоху "перестройки" оно было ещё непривычным. 

Интерьеры подразделений милиции в "Аварии…" были отсняты в симферопольском городском УВД, которое извне уже было запечатлено в "Нежности к ревущему зверю", а изнутри в "Дураках…". 

 Многоэтажный дом, в котором, якобы, жил Николаев, и кварталы, где он искал сбежавшую дочь, снимались в массиве многоэтажной жилой застройки в Симферополе, между проспектом Победы, Объездной дорогой ("спецтрасса"!), улицами Бела Куна и Кечкеметской. В одной из сцен в кадр попал 16-этажный жилой дом (проспект Победы, 218), где проживал адвокат Юрий Мешков, впоследствии ставший первым и последним президентом Крыма. Поскольку проект здания разрабатывался одним из институтов "Первопрестольной", симферопольцы прозвали 16-этажку "Московским домом", а потом перекрестили в "Мешковский дом".

 Ларин. Первая кровь 

 Помимо картины "Рядом с оборотнем", на улицах Симферополя годом позже снимался ещё один фильм "нуар", в процессе работы сменивший название…

 В ноябре 1990 г. в городе появились объявления: "Студия “Ленфильм” снимает киноленту “Сапожник” и приглашает всех желающих в массовку…" с указанием телефонных номеров…

 Затем прошло несколько съёмок на центральных улицах и на Набережной Салгира возле гостиницы "Москва", но самая умопомрачительная сцена разыгралась вечером, 16-го ноября, с 16:56 по 17:51 на пересечении ул. Толстого и Розы Люксембург (в народе "Розочка", известная тем, что там находится психиатрическая больница). 

"Два товарища" в "виртуальной" остановке у "Дома на Набережной". "Клон" Михалкова - справа

Работники дорожно-патрульной службы перекрыли постороннее движение со всех направлений. 

 И вот стала инсценироваться следующая ситуация. На улицу Толстого горит красный сигнал светофора. У перекрёстка со стороны ул. Карла Либкнехта стоит "РАФ-2203", перед ним дорогу справа налево переходят каскадёры, изображающие пешеходов. За пересечением, как если ехать в сторону Киевской, у правого тротуара припаркована "волга" ГАЗ-21. Перед нею также справа налево шагают другие каскадёры-"пешеходы". По "Розочке" на зелёный сигнал со стороны центра города движется "Жигули-копейка", а навстречу ей, со стороны вокзала (хотя в действительности это невозможно – одностороннее движение) следует ещё одна 21-я "волга".

 В это время по Толстого со стороны Либкнехта приближается УАЗ-469. Он объезжает стоящий "Рафик". 

 "Волга" и "ВАЗ-2101" на "Розочке" резко тормозят, "уазик" проскакивает между ними и уносится в направлении Киевской. А "пешеходы" испуганно шарахаются в разные стороны…

 Вот, собственно, и всё. Однако для советского кино даже такая "трюковая" сцена оказалась запредельно сложной. Из разговоров членов группы выяснилось, что это пересъёмка. Вчера водители-каскадёры малость не рассчитали, и "уазик" врезался в "Жигули", что не было предусмотрено сценарием. Пришлось искать другие, целые, машины и повторять трюк заново. Вообще заметно было, что все задействованные авто – очень старые, такие, что бить не жалко…

 Делается несколько дублей. Помощница режиссёра пеняет каскадёрам, изображающим пешеходов: "Неубедительно отскакиваете!". 

 В общем, безумие на "Розочке" явно затягивается, а гаишники всё это время держат транспорт, образуя километровые пробки, для советских граждан непривычные. Стоят, естественно, и маршрутные автобусы и троллейбусы. А ведь ещё работают все "заводы-гиганты": "Пневматика", "Фотон" и пр. Как раз кончилась смена, и тысячи горожан едут с работы. Не выдержав их возмущения, водители открывают дверцы, и пассажиры вываливают на улицу. Они устремляются к вокзалу, оттеснив милиционеров, и оказываются в зоне киносъёмки…

Поэтому в последних дублях шарахаются уже не только профессиональные каскадёры, но и случайные прохожие. "Отскакивание" признают "убедительным", и съёмка завершена…

 Из-за того, что фильм в процессе доработки поменял название, он вышел почти незамеченным. Сказалась также общая неразбериха в связи с развалом СССР. 

 А жаль! Потому что картина "Меченые" режиссёра Вячеслава Сорокина (р. 1944) – явление во многих отношениях этапное.

 Прежде всего, это первая масштабная роль Алексея Нилова (р. 1964), впоследствии ставшего знаменитым благодаря образу оперативника Ларина. В "Сапожнике" же он играет "благородного разбойника" Макса, владельца обувной мастерской (отсюда и первое название). Он грабит более крупных преступников, действуя весьма остроумно и изобретательно. В этом ему помогает его друг Георгий (Сергей Варчук, р. 1954), школьный завхоз. Однако, в силу стечения обстоятельств, Георгий гибнет от рук бандитов. Тогда Макс приезжает в их логово (именно туда он так спешит на "уазике") и убивает всех до единого из своего "маузера". Сцена массового расстрела злодеев поставлена виртуозно и во многом превосходит даже ставший знаменитым эпизод из гораздо более позднего российского кинобоевика "Брат-2". И это вторая заслуга авторов "Меченых". Они создали образ, далеко опередивший своё смутное, "перестроечное" время! Картине так и хочется дать третье название – "Ларин. Первая кровь".

Что же касается самой сцены прогона на "уазике" по вечернему Симферополю, снимавшейся почти час, то в смонтированном фильме она занимает всего 35 секунд экранного времени и к достижениям авторов ленты не относится. Из-за полного отсутствия освещения человеку, не присутствовавшему на съёмочной площадке, понять, что именно происходит на перекрёстке, вообще невозможно. Место действия также совершенно неузнаваемо: от города в кадре остался только тёмный фон. Если, правда, прокручивать фильм замедленно, можно заметить попавший в кадр троллейбус "Шкода-9Тр" в поздней, трёхдверной модификации (какие, впрочем, эксплуатировались не только в Крыму, но и в ряде других регионов Украины, в Прибалтике и Закавказье). 

 Атака клонов 

После распада СССР активность кинематографистов на симферопольских улицах затихла, и лишь осенью 1999 года горожане вновь увидели привычные фигуры операторов. И опять съёмочной площадкой стал участок проспекта Кирова, прилегающий к легендарному "Дому на Набережной".

 26 октября, незадолго до полудня, на этом месте вновь появилась киногруппа, оснащённая даже таким экзотическим транспортным средством, как открытая "чайка" - фаэтон ГАЗ-13Б номер 95-53 КРС для съёмки в движении. 

Оказалось, что к работе приступил режиссёр новой, постсоветской генерации Владимир Пендраковский (р. 1951). Хотя его первые фильмы ("Особый случай", "На окраине где-то в городе") и вышли ещё при коммунистах, сколько-нибудь широкой известности они не имели, и популярность художник получил уже при "новой" власти. Хотя он уроженец Батуми, но образование получил в одной из симферопольских школ и потому с полным правом может считаться нашим соотечественником. 

Как-то раз кинематографисту подвернулась под руку ранняя повесть российского писателя сербского происхождения Владимира Войновича (р. 1932) "Два товарища", написанная в 1967 г. Это лирическое произведение о том, как два друга в провинциальном городке середины 60-х оканчивают школу, и у них остаётся несколько месяцев до службы в армии. За это время они проходят испытания "женщиной, подлостью, выбором жизненного пути". В 1995 году работа над фильмом началась... и вскоре приостановилась из-за отсутствия средств. Пять лет спустя Госкино РФ нашёл нужную сумму. Проект возобновили, однако исполнители, игравшие школьников, из 17-летних юношей превратились в зрелых молодых людей. Пендраковскому пришлось находить новых актёров и переснимать ленту на российской студии "Василиса" при участии Ялтинской (где он был директором) и "Мосфильма" с самого начала. Но оказалось, что всё, что ни делается – к лучшему. Один из новых молодых актёров, исполнитель главной роли Юрий Мосейчук (р. 1981) очень походил на юного Никиту Михалкова, причём откровенно имитировал его походку и жестикуляцию. Поэтому острословы сразу же нарекли картину "Я шагаю по Москве-2", или "Я шагаю по Симферополю".

Симферопольская "Шкода" на площади Лазарева. Грубый киноляп Чухрая. Троллейбус, поставки которого в "город-герой" начались в 1968 году, снят в фильме о 1962-м

Сцена, снятая 26 октября 1999 года выглядит так. Главный герой Валерий (Ю. Мосейчук) и его друг Толик (Михаил Тарабукин, р. 1981) бегут по Набережной. Они пересекают проспект Кирова как раз от 14-этажки (уже, наконец, достроенной), где во время "Нежности к ревущему зверю" жила загадочная Валерия, возлюбленная пилота Санина, к "Дому на Набережной", из которого 10 лет назад выходила женщина-психолог. Друзья пытаются заскочить в троллейбус "Шкода-9Тр", специально отснятый таким образом, чтобы в кадр не попал его бортовой номер. Это им, увы, не удаётся. Двери с характерным шипением закрываются, и детище чешского концерна удаляется в сторону площади Советской. "Два товарища" остаются на остановке, специально построенной для съёмок в стиле 1960-х годов.

 Это сооружение простояло несколько дней и было огорожено верёвкой с табличкой о проведении киносъёмки, дабы пассажиры не приняли "виртуальную" остановку за реальную и не пытались на ней сесть в городской транспорт. После завершения работ над фильмом павильон разобрали. А жаль! Можно было бы передать его "Крымтроллейбусу", попросив в ответ развесить в салонах афишки фильма!

Тут надо заметить, что Симферополь – один из немногих городов Украины, где в массовой эксплуатации остались троллейбусы "Шкода-9Тр", производство которых было начато в 1961 г. В сравнимых количествах они есть разве что в Ровно. В других городах нашей страны (Луганск, Луцк, Мариуполь, Тернополь) сохранились лишь единичные служебные либо музейно-экскурсионные экземпляры легендарной "девятки". 

 Троллейбус для Веры 

Здесь, отвлекаясь от темы "Двух товарищей", нельзя не рассказать о случае "экспорта" ретро-троллейбуса из столицы Крыма в другой город.

 В 2004 году российский "Первый канал" и украинская телекомпания "1+1" снимали совместный фильм "Водитель для Веры" (режиссёр Павел Чухрай, р. 1946). Действие его происходит в Севастополе в период "Карибского кризиса" (1962 г.). Для придания достоверности из Симферополя привезли на трейлере "Шкоду-9Тр", которая участвовала в сцене на площади Лазарева.

Всё было, на первый взгляд, прекрасно и соответствовало исторической правде. Действительно, производство "9Тр" началось в 1961 году, и немалое их количество (конкретно 75 единиц, №№ 1401 – 1475) попало в Севастополь и эксплуатировалось до конца 80-х годов. Правда, ни одного ходового экземпляра там к настоящему времени не сохранилось. Есть лишь отдельные разукомплектованные машины, которые стоят на тяговых подстанциях в качестве бытовок, что и потребовало доставки троллейбуса этого типа из Симферополя.

Есть только одно "но". Первая "Шкода" пришла в Севастополь лишь в 1968 году, то есть через шесть лет после событий, показанных в картине Чухрая. Об этом хорошо известно из вышедшей ещё в 1998 г. книги московского исследователя Сергея Тархова "Первый в Крыму", которая давно стала настольной для всякого, кто изучает историю трамвая и троллейбуса на полуострове …

 Как "Михалков" снимался в "Ментах" 

Однако вернёмся к "Я шагаю по Москве-2". Опоздав на троллейбус, герои видят идущий со стороны площади Куйбышева бортовой грузовик повышенной проходимости ГАЗ-63. В отличие от троллейбуса, его номерной знак хорошо виден: 83-29 КРТ. Им управляет их общий знакомый, некто Козуб (Алексей Панин, р. 1977). Воспользовавшись тем, что автомобиль притормаживает, пропуская марширующих пионеров, персонажи прыгают ему в кузов (для съёмок грузовика в движении и нужна была киношная "чайка"). "Газон", очевидно, разворачивается на площади Советской по кольцу, поскольку в следующих кадрах он проезжает тот же мост в обратном направлении. А, в конечном счёте, "клон" Никиты Сергеевича с другом доезжают на нём до завода продовольственного машиностроения, на Евпаторийском шоссе, 8, где работают "сколотчиками", т.е. сколачивают деревянные ящики для продукции…

И тут следует опровергнуть миф, популярный среди жителей Российской федерации. Многие из них ошибочно считают, будто натурные съёмки "Двух товарищей" проходили на улицах Саратова. Это недоразумение объясняется тем, что начальные титры картины идут на фоне нарезки хроники 1960-х, действительно снятой в этом приволжском городе. В кадре видны, в частности, грузовик с номерным знаком серии САБ, троллейбус ЗИУ-5 бортовой номер 154 Саратовского парка и т.п. При этом плёнка обработана таким образом, что неподготовленный зритель не замечает стыка между концом нарезки и началом собственно игровых кадров, сделанных уже в столице Крыма. 

Выбор саратовской хроники, скорее всего, случаен. Он обусловлен ограниченными возможностями кинематографистов 90-х (слабое развитие Интернета, отсутствие допуска в архивы и пр.). Лишь теперь многочисленные документальные кадры, снятые в 60-е годы в Симферополе, стали доступными.

 Если же поставить вопрос, какой конкретный город имел в виду сам Войнович при написании повести, то это, вне сомнения, Запорожье. Именно там автор жил с 13 до 19 лет, неудачно поступал в педагогический институт (ныне Запорожский национальный университет с филиалом в Симферополе), занимался в аэроклубе и оттуда призывался в армию. В тексте достаточно узнаваемо описан, например, ставший достопримечательностью города "Дворец культуры металлургов" (ныне ОАО "Запорожсталь"). Произведение носит откровенно автобиографический характер. Таким образом, если в "”Аварии”, дочери мента" наш город изображает "Первопрестольную", то здесь – столицу казачьего края...

А вечером 15 ноября 1999 г. целая колонна киносъёмочных машин в составе штабного "УАЗа", автобуса КАвЗ с членами группы и двух специальных фургонов направилась в посёлок Грэсовский, к местному отделению милиции, расположенному в небольшом одноэтажном здании по улице Кржижановского, 14. Вскоре прилегающая территория была огорожена лентами и ярко освещена софитами.

 С 19:34 по 22:13 шли съёмки… 

 На припаркованном у отделения чёрном мотоцикле с коляской сидела девушка в красных туфельках и красном плаще – Юлия Назаренко (р. 1977), игравшая Таню, подругу "клона". Номерной знак мотоцикла не мог не вызвать удивления: 51-18 ДКИ (чёрный). Эта серия была в своё время зарезервирована за Джезказганской областью Казахстана, но на мотоциклы успели выдать только сочетания ДКБ, ДКВ, ДКГ (а на автомобили ещё и ДКА, ДКД, ДКЕ, ДКЖ). До ДКИ дело не дошло, так что номерной знак, судя по всему, являлся бутафорским. 

 Женщина, стоявшая рядом, сильно фальшивя, запела:

 - Средь шумного бала, случайно, в потоке мирской суеты…

 - Тётка, замолчи! – перебила девушка. – Ну, замолчишь ты или нет? Надоело! А то воешь, как собака!

 - Не нравится – иди в консерваторию! У тебя тут место не купленное! 

 - Артистка!

 Но та продолжала петь.

 Между тем, из милицейского участка выбежал сияющий "клон Михалкова" (видимо, обрадованный тем, что его там не надели на швабру и не придушили пластиковым мешком).

 "Певунья" радостно бросилась к нему и спросила, очевидно, о задержанном муже или любовнике:

 - Там моего Петрушку не скоро выпустят? Не знаешь?

 - Не скоро. Он там дверь красит.

 Женщина подбежала к дверям подразделения, заглянула внутрь и крикнула:

 - Товарищ начальник! А Коваленки они сами виноваты. Не надо было наше ведро брать, они первые взяли!

 А тем временем "клон" и "Таня", высоко поднимая ноги (чтобы не споткнуться о рельсы, по которым ездит камера) пошли прямо на объектив.

 - Пацан! А ты молодец! – сделала комплимент девушка. - "Носорога" не испугался и дружка не выдал. Я уважаю таких. 

 "… а то воешь, как собака!.."

 - А ты чего домой не идёшь? – спросил парень.

 - Темноты боюсь. К тебе привыкла. Друг по заключению. Домой проводишь?

 - Пойдём. Я женщинам в мелочах не отказываю. 

 - Ну, ты особо не выпендривайся. Потому что я оставлю тебя здесь одного куковать всю ночь. 

 - Г-гражданочка, т-ты мне т-тут мозги не к-компостируй, - спутник нарочито заикался, передразнивая задержавшего его милиционера…

 Жители посёлка стояли с раскрытыми ртами.

 - Смотри, Михалков в "Ментах" снимается!.. – крикнул кто-то.

 - Да не, это сын его: глянь, какой молодой!..

 Между тем, всё это время отделение продолжало работу в штатном режиме. В перерыве между дублями настоящий "товарищ начальник" – немолодой, седеющий капитан милиции в очках, с огромной кобурой на поясе, вышел на улицу перекурить. Поскольку современные кинокамеры работают бесшумно, многие из собравшихся зевак не заметили паузы и тоже приняли его за артиста.

 - Вот, кто теперь вместо "Мухомора"! – радостно воскликнул какой-то не совсем трезвый мужичок…

Происходящее всё больше напоминало постмодернистский театр абсурда...

 Если посмотреть эту сцену, которая в смонтированном виде в фильме идёт 1 минуту и 9 секунд, то сразу же после эпизода около участка Валера и Таня оказываются на улице Пушкинской перед фасадом русского театра (в повести Войновича, помнится, фигурировал Дворец металлургов). Зачем? Чтобы передать привет подпольщикам из группы "Сокол"? Но маршрутки №91 и №98, видимо, и в 60-е годы ходили допоздна, и это не может не радовать…

До сих пор специалисты недоумевают, для чего, собственно, было гонять целую колонну киносъёмочных машин от гостиницы "Москва", где остановилась группа, в противоположный конец города. Не проще ли было заказать бутафорам вывеску "МВД СССР, N-е отделение милиции", повесить её на ближайшее похожее по стилю здание и снять там? Но тут, видимо, сказалась неизбывная тяга "поколения шестидесятников", к которому принадлежит Пендраковский, к "правде жизни". Начало такому "гиперреализму" ещё в годы "перестройки" положил другой российский режиссёр Алексей Герман, сварганивший совершенно безбашенный фильм "о ментах" - "Мой друг Иван Лапшин", где вся атрибутика – натуральная. Именно поэтому его невозможно смотреть. Но с Пендраковским "правда жизни" сыграла злую шутку. Дело в том, что отделение милиции в посёлке Грэсовский появилось лишь в конце 1991 года (см. приложение), а в 60-е годы в его здании находился… цветочный магазин…

Итак, даже самый безобидный на первый взгляд фильм, снимавшийся на улицах и площадях нашего города, скрывает за собой совсем другую – иногда смешную, иногда страшную, но всегда парадоксальную – реальность.

Источник: simfion.net