В розыске убийцы севастопольских школьниц милиции помогают экстрасенсы

В розыске убийцы севастопольских школьниц милиции помогают экстрасенсы

Экстрасенсы в квартире Балябиных. Фото с сайта ktelegraf.com.ua

Цель нашего проекта – помочь правоохранителям найти убийцу. Мы выехали в Севастополь и установили ряд причинно-следственных связей, побывали на месте, где были обнаружены тела, и встретились с мамой Насти – Любовью Балябиной. Она впервые после трагедии согласилась общаться с журналистами и пригласила нас в квартиру.

"Видения не имеют конкретных и точных очертаний"


В нашей команде – два экстрасенса, входящие в десятку сильнейших в мире – Павел Люндишев и Марина Хомушку. Аналитический центр и законодательная поддержка – капитан милиции, бывший начальник следственной части ялтинской милиции, а ныне – адвокат Павел Максимов. Гид по Севастополю – байкер Женя, который знает город как свои пять пальцев.

– Я "смотрел" фотографии девочек, изучал видео, предоставленное телекомпанией ИТВ, и еще ряд материалов, – рассказывает экстрасенс Люндишев. – Идет информация, что преступление совершил душевнобольной человек. Но для того, чтобы "снять" больше информации, мне надо пообщаться с родителями и получить вещи девочек. Я проведу над ними магический ритуал и тогда об очень многом смогу сказать.

Несмотря на то, что Люндишев в стране человек весьма известный (представлял Украину на всемирной "Битве экстрасенсов"), где соперничал и с потомственными румынскими ведьмами, и с шаманами Вуду из Нигерии, я решаю проверить его. И пока наша оперативно-редакционная машина мчит в Севастополь, подсовываю экстрасенсу фотокарточку своей знакомой с просьбой сказать несколько слов о ней.
– Проверяете, – немного обиженно улыбается Павел, смотрит на снимок, подносит руку и выдает порцию очень личной информации, что мне становится неудобно перед нашим водителем и фотографом. – Убедились?
– Как вы это делаете? – прячу фотокарточку в портмоне.
– Видения не имеют конкретных и точных очертаний, как бы вам это объяснить, – чешет подбородок экстрасенс. – Вот – посмотрите на здание, теперь закройте глаза – у вас в памяти сохранился образ строения, правда? Примерно так и приходят мне видения тех событий, очевидцем которых я не был.
…В профайле "Битвы экстрасенсов" о Люндишеве справка небольшая: "Белый маг, практикует восемь лет. Дар получил от бабушки и прабабушки, знахарок и ясновидящих.
Пришел на проект, чтобы самоутвердиться: "Поскольку это международный проект, я хочу доказать, что украинские экстрасенсы самые сильные". На данный момент проживает в Крыму".
Больше ни слова.
– Работать будем так, – говорит экстрасенс. – Встречаемся с родителями, потом едем на место, где были обнаружены тела девочек – там можно "снять" много информации об убийце, его привычках, чувствах, которые он переживал в момент совершения преступления и когда избавлялся от тел.
– Зачем вам все это надо? – в лоб спрашиваю Люндишева. – Зачем подвязались? Славы хотите, чтобы денег заработать?
– Если бы я хотел славы и денег – сейчас бы вел прием и никуда бы не ездил, – вскидывает он брови. – Мои клиенты – как простые люди, так и состоятельные. Были ли депутаты? Очень многие. Перечислять их фамилии не буду. Легче перечислить тех крымских избранников народа, которые у меня не были… Хочу помочь найти преступника.
 

"Животных она очень любила. Особенно – собак"


Незаменимость Люндишева в нашей группе пришлось признать сразу после того, как он позвонил матери погибшей и… сразу, в дороге, договорился о встрече! Это несмотря на то, что многие журналисты пробовали разными путями просочиться к замкнувшейся в себе от горя женщине.

…Квартира Балябиных. Окно наполовину задернуто коричневыми шторами. Возле полированного письменного стола едва отодвинутый стул. Кажется, что Настеньку только что окликнули подружки и она выскочила к ним на минутку поделиться детским секретом и сейчас же вбежит и весело усядется заполнять свой синий альбом наклейками, которые коллекционировала несколько лет… 

Кажется, что она удивится, что в ее небольшой, но светлой комнатке собралось столько народу, посмотрит на камеры, фототехнику и заливисто, по-детски засмеется.Но нет. На столе вместо учебников – большой портрет Насти с черной ленточкой в углу. Хрустальный, еще советский бокал, наполненный апельсиновым соком и накрытый кусочком хлеба. Тарелочка с любимыми конфетами и печеньем. Свечка. Насти нет. И смех ее никогда не зазвучит в этой квартирке, а забавный чебурашка на кровати – игрушка с раннего детства – больше никогда не окажется в ее руках. Эта простая, добрая игрушка теперь будет только причинять безумную боль родителям…

Мама погибшей девочки – Любовь Балябина показывает альбом с наклейками, которые коллекционировала Настенька.
– Тут мало осталось из тех, что она собрала, – говорит женщина, каким-то нечеловеческим усилием сдерживая слезы и поправляя траурный платок. – Многие она дарила девочкам, менялась... Такое у нее было увлечение…
Экстрасенсы берут фотографии Настеньки и "считывают" информацию, приближая к ней ладони и всматриваясь в снимок. 

На одной из фотокарточек семейного архива еще совсем маленькая Настя обнимает кудлатого черно-белого пса, а тот пытается лизнуть ее в лицо.Мама погибшей девочки – Любовь Балябина показывает альбом с наклейками, которые коллекционировала Настенька.
– Тут мало осталось из тех, что она собрала, – говорит женщина, каким-то нечеловеческим усилием сдерживая слезы и поправляя траурный платок. – Многие она дарила девочкам, менялась... Такое у нее было увлечение…
Экстрасенсы берут фотографии Настеньки и "считывают" информацию, приближая к ней ладони и всматриваясь в снимок. На одной из фотокарточек семейного архива еще совсем маленькая Настя обнимает кудлатого черно-белого пса, а тот пытается лизнуть ее в лицо.
– Животных она очень любила, – с дрожью в голосе говорит Любовь Балябина. – Особенно – собак…
В этот момент силы покидают ее, и она с плачем и просьбой "Пускай уйдут журналисты. И все – уйдите! Вы мне не нужны!" — убегает на кухню. Нервы, горе. Заполнившее, кажется, каждый потаенный уголочек квартиры Балябиных невыносимое горе разом, в одну секунду, с новой силой навалилось на плечи женщины. Мы и съемочная группа ИТВ спускаемся во дворик, оставляя экстрасенсов наедине с женщиной. И ее бездонным горем. Возле подъезда несколько соседей тихо, почти шепотом обсуждают жуткую гибель девочек.
– Тут вообще двор такой – ни освещения, ни тротуара нормального, а во многих квартирах живут неблагополучные семьи… Не то что детям – мне страшно выходить! 
– А к моей дочери в этом же дворе четыре года назад приставал мужчина – ей было-то всего 13! А ему – за тридцать. Записки в школу посылал. Подали заявление в милицию – оказалось, он порно снимает….
 "Делом Балябиных и Мизиных" гудит не только двор, но и весь разбросанный, большой Севастополь.
– Слухи ходят, что из психбольницы города сбежали пятеро душевнобольных, – пересказывает что слышал наш провожатый байкер Евгений. – Многие девчонки из дому выходить боятся. Паника в городе.
Мимо подъезда Балябиных проходит несколько школьников – все под конвоем своих родителей – в основном пап, реже – старших братьев и сестер.
– Мы дежурство организовали, – рассказывает соседка Анжела Мазолова. – Забираем детей по очереди из школы. Они вроде третьеклассники… Боюсь! Честно – боюсь. Это какая-то группа маньяков рыскает по городу, похищает и убивает наших детей…
 

"Убийство с ритуальным жертвоприношением связано никак не было"

– Нет, это не маньяки, – говорит вышедший из подъезда экстрасенс Павел Люндишев. – Мне приходят видения, что это один человек, душевнобольной и очень одинокий, и именно он совершил это ужасное преступление. И, скорее всего, держал детей в частном секторе, вероятно, рыдал, когда убивал. Убил потому, что боялся за свою шкуру. Боялся, что найдут.
– А кто по национальности преступник? Какая вам информация идет?
– Это точно не грузин и не армянин. Мужчина славянской национальности. Был знаком с девочками, посадил их в машину, чтобы они поколядовали у него в квартире. Пообещал деньги. Настя хотела очень купить какую-то вещь. Что-то из предметов туалета. Копила на нее деньги… Увез их преступник на машине – иномарка, белого цвета, сиденья – темный велюр в клеточку.
– По моим видениям, в машину первая села Татьяна, – уточняет экстрасенс Марина Хомушку.
– Но самое главное, что удалось установить контакт с Любовью Балябиной, – признается Павел Люндишев. – Нам надо больше поработать с ней. К сожалению, она была очень заведена и не могла спокойно говорить. Зато дала вещи. Проведем завтра ритуал и получим еще больше информации. Сейчас могу сказать точно: ни проституцией, ни бродяжничеством эти девочки, как ходили слухи, не занимались.
В это время один из источников МВД Украины сообщает мне по телефону, что задержан охранник детского сада ("КТ" сознательно не указывает номер детского учреждения) – якобы его жена выносила на помойку детские вещи. И, по информации источника, они могли принадлежать погибшим девочкам! Скоро родителям погибших детей предъявят вещи, чтобы они могли опознать их. Пока же – остается гадать. Впрочем, вызывает некое сомнение, что виновный был найден… спустя несколько дней после приезда министра МВД и грандиозного (по слухам) прочухана севастопольским милиционерам. Но утверждать, что это звенья одной цепи, не беремся.
Наша следующая точка – стихийная свалка за гаражами неподалеку от дома, где нашли тела. Крутой обрыв, заваленный экскрементами и пакетами с вонючим мусором, который от порывов ветра летит в сорокаметровую пропасть. Под обрывом, в ложбине – дачные участки с запутанными улочками и облысевшими садами.

– Здесь святое место, – вдруг говорит Павел Люндишев и зажигает свечу. – Я это чувствую. Надо спуститься по обрыву и посмотреть, что там внизу.
Как по мне – это просто обрыв, с которого до горизонта видны севастопольские холмы с разбросанными на них дачными поселками. Но спускаемся по кручине вниз и натыкаемся… на закопченные арки и катакомбы древнего храма, заброшенного и оскверненного храма! 

Точнее, на его остатки, заваленные всякой дрянью и нечистотами. Удивленно поднимаю глаза на Павла.– Святые места чувствуются всегда, – пожимает он плечами.
– Ритуальное убийство? На девочках ведь столько ножевых ран, говорят, вырезаны внутренние органы…
 – Это убийство с ритуальным жертвоприношением связано никак не было, – задумывается Павел. – В этом я уверен. Скорее всего преступник сознательно пытался пустить правоохранителей по ложному следу…
– Необходимо собрать всю информацию, полученную органами и экстрасенсами, и, думаю, это должно помочь раскрыть это ужасное преступление, – берет слово Павел Максимов. – Думаю, что экстрасенсы могут помочь следствию. Сейчас собранные данные нам надо проанализировать.
– Как они были убиты, вы видите? – спрашиваю у экстрасенса.
– Разница между их смертями – до десяти часов. Преступник сделал два хода на то место, чтобы выбросить тела. Не на машине, возможно, крался. Когда убивал – боялся, плакал и сожалел. После – стал действовать расчетливо. Я не чувствую здесь его паники или ужаса. Полное самообладание. Убийца хладнокровно ломал кости девочек, чтобы упаковать тела в мешки…

Напомним, на тела убитых в Севастополе девочек случайно наткнулась местная жительница [ПОЛНАЯ ХРОНИКА СОБЫТИЙ] 

Источник Крымский Телеграф